Наследие Дебби (перевод с английского). Часть 1

От переводчика.

Я всегда свято блюду принцип: при переводе передавать изложение как можно ближе к тексту, сохраняя даже фонетическое, а иногда и синтаксическое тождество, и уж тем более, упаси боже, не вмешиваюсь в сам текст, ну, насколько возможно. Но в данном случае мне показалось, что некоторые обстоятельства просто заставляют кричать: «не верю!» Иногда теряется адекватность, особенно во второй части, когда возникает когнитивный диссонанс. Поэтому я взял на себя смелость чуть-чуть поправить повествование, за что заранее прошу прощения, а уж получилось или нет, решать вам.

***

— Вот она... арена твоей спортивной славы, — саркастически сказал я своей жене Ками, когда мы проезжали мимо спортивных площадок средней школы.

— Да, я могла бы стать великой, если бы не повредила колено, — игриво ответила она.

На эти выходные мы посетили мать Ками и возвращались из быстрой пробежки по супермаркету. Ее мама была вдовой, так как отец Ками умер от сердечного приступа несколькими годами ранее. Несмотря на то, что она все еще была привлекательной женщиной, она отказалась от попыток нового замужества, поэтому Ками и ее сестра старались видеться с ней как можно чаще.

— Уж конечно, — засмеялся я.

— Это правда! Не будь придурком! — ответила она.

— Какое из этих полей футбольное? — спросил я, сканируя территорию.

— Дальнее... в задней части, рядом с манежем, — ответила она.

— Ммм... все эти горячие маленькие тела бегали тут нагишом, — сказал я, продолжая дразнить.

— Ха! Дорогой, девочки не бегают нагишом. Они идут домой, чтобы переодеться или прячутся за занавеской.

— Ну, это неинтересно.

Хотя я никогда не думал об этом, но был удивлен ее посылом и все еще думал об этом, когда она сказала:

— Да, не так, как мальчики.

— Дорогая, мы тоже стеснялись. Мы просто больше боялись показывать какой-либо страх, — сказал я ей.

После этого разговор переключился на маму Ками, а мы свернули на усаженную деревьями улицу, где она выросла. Как только вошли в дом, я стал убирать бутылки с вином, а моя жена готовила закуски. Час спустя мы втроем перешли во дворик и наслаждались теплым вечерним воздухом. Видя, как моя теща охотно общается с дочерью, я молчал, и в течение следующих нескольких часов мы уговорили две бутылки. После этого мы ненадолго прервались, чтобы посмотреть телевизор, но вскоре женщины начали клевать носом, поэтому я взял на себя инициативу и завершил вечер.

Оказавшись в спальне, Ками, быстро раздевшись до стрингов, нашла обрезанную футболку и прыгнула под одеяло, пока я еще раздевался. Я мог видеть, как она возбужденно смотрит на меня, подсказывая, что может быть не такой уставшей, как я думал.

— Думаю, у кого-то появилось второе дыхание, — засмеялся я, когда она потянулась, едва я оказался под простынями.

— Мммм... хммм... — выдохнула она и сразу же направила мою руку к своей груди.

В течение следующих нескольких минут мы обнимались, и по небрежности ее поцелуев я мог сказать, что она никакая. Вскоре она подняла руки над головой, чтобы снять футболку, и отбросив ее в сторону, подтолкнула трусики вниз по гладким ногам. Затем она схватилась за мои боксеры, но, желая притормозить, я отогнал ее и толкнул в плечи, пока она не уперлась в матрац.

— Мне нравится делать это на кровати, в которой ты выросла, — прошептал я ей на ухо.

Ками тихо хихикнула и сказала:

— Это не та кровать. У моих родителей появилась новая, когда я пошла в колледж.

— Что? Ты никогда не говорило мне этого!

— Я не хотела уничтожить тебя, — ответила она, рассмеявшись сильнее.

— Ну, ты это сделала, — ответил я, и прежде чем она смогла ответить, спросил: — Я ведь — единственный был в ней, верно?

— Подожди... дай мне подумать, — сказала она и притворилась, что задумалась, прежде чем ответить: — думаю, да.

— А в старой? — спросил я, симулируя раздражение.

— Тссс... Давай займемся любовью, — ответила она, избегая вопроса.

Я знал, что она играет со мной, поэтому позволил дискуссии увянуть, и когда руки Ками вернулись к моим боксерам, я позволил ей снять их. Теперь, наши тела, будучи обнаженными, извивались, пока мы целовались и ласкались.

— Я хочу полизать тебя, — объявил я и начал спускаться.

— Нет, детка. Нам надо быть тихими, — предупредила она и потянула меня за плечи назад.

Ками часто была громкой, когда ее киску ласкали языком, поэтому я позволил ей направить себя, в то время как посмотрел на ее прекрасное лицо.

В тысячный раз я понял, как мне повезло, что она вышла за меня. Высокая и стройная, с телом, настроенным на активный образ жизни, она была очень сексапильной. У нее — светло-каштановые волосы до плеч, а ее красивые глаза тоже были коричневыми, но на несколько оттенков темнее. Ее губы были полными и мягкими, а крошечные чувствительные соски увенчивали ее грудь второго размера.

Я же, ростом метр восемьдесят два и весом восемьдесят килограмм, с пышной шевелюрой я ничем не походил на свою жену, но чувствовал себя презентабельным. Как и она, я достаточно натренирован, чтобы мое тело оставалось в форме, и она не раз говорила мне, что я демонстрирую обезоруживающую улыбку, которая оставляет остальных чувствовать себя непринужденно.

Мы встретились за месяц до окончания учебы в колледже и обнаружили, что оба устроились на работу в одном городе. Поскольку ни у кого из нас не было устоявшейся сети друзей в нашем новом месте, мы закончили тем, что делали все вместе, и вскоре стали парой. Шесть месяцев спустя, устав от попыток прожить на нашу стартовую зарплату, мы съехались и, после года совместной жизни, поженились.

Это было два года назад, и пока все шло хорошо. Мы редко спорим, а когда это делаем, то оба обычно чувствуем себя настолько плохо, что изо всех сил стараемся помириться. Кроме того, мы оба продвинулись на несколько шагов в нашей карьере, так что денежные вопросы стали менее острыми. Фактически нам удалось купить небольшое бунгало в хорошем районе.

Мы наслаждались активной сексуальной жизнью, в основе которой были забота и близость. Ками не была ханжой и могла быть довольно игривой, хотя как правило, склонялась к обычному сексу. Мне нравилось, что ее публичное поведение не давало никаких указаний на то, что происходило за закрытыми дверями, и из наводящих вопросов своим друзьям я узнал, что это сделало ее еще более интересной.

— Ты готова? — поддразнил я, когда головка моего члена коснулась ее входа.

— Да... — ответила она хриплым голосом.

— Уууфф... дерьмо... — невольно хмыкнул я в ответ на тепло, которое почувствовал, когда мой стержень проник в нее.

— Мммм... ооо... — одновременно вздохнула Ками.

В течение следующих нескольких минут мы двигались вместе, чувствуя тепло, исходящее от наших тел, и маленькая спальня наполнилась тихими вздохами и мурлыканьем сексуального удовлетворения. Время от времени мы сливались друг с другом в поцелуе, и после того как все закончилось, я заглянул в ее полузакрытые глаза и увидел, что она близка к оргазму. Я начал целенаправленно двигаться к ней, возбужденный, ощутивший влажность ее киски, поддерживая ритм, который не заставлял скрипеть пружины.

— Кончи для меня, красавица, — прошептал я, прижав губы к ее уху.

— Ннннаа... я... хм... — ответила она, не в силах произнести ни слова, и, наконец, выдавила: — Давай, милый...

Простыни давно слетели с нас, а Ками широко раздвинула ноги. Когда ее руки покинули мои плечи и легли на мою задницу, я понял, что она почти у цели.

— Мммм... кончай... — поощрил я.

Внезапно ее ноги обхватили мою талию, а потом начали подниматься в воздух, когда она закричала:

— Оооохх... ооохх... Крэйг... Ооо, детка... оооохх...

Я двигался в ней во время оргазма до тех пор, пока ее тело не расслабилось. Ее возбуждение сильно завело меня, и я понял, что вот-вот кончу, поэтому посмотрел ей в лицо и несколько секунд наслаждался ее красотой, а когда она улыбнулась мне, то решил, что пришло время. — Эээ... эээ... ээээ... — рычал я, в то время как в ее тело влетали струи спермы.

После, измученный как и она, я упал на бок и плотно прижал ее горячее тело к своей груди.

— Мммм... я люблю тебя, — заявила она.

— Тссс... тихо, — ответил я и взялся рукой за одну из ее грудей.

Прошло несколько минут, и я был близок к тому, чтобы заснуть, когда почувствовал, как моя жена повернулась ко мне. Вскоре она толкнула меня на спину, и когда я пришел в полное сознание, то почувствовал, как ее рука ласкает мой член. Она смогла заставить его встать только частично, но когда она спустилась и взяла его в рот, я застыл на нескольких секунд. Затем она взобралась на меня и опять направила его в свою влажную киску.

— Оооо... мммм... — вздохнула она, качаясь на бедрах.

— И я еще думал, что ты был пьяной и потеряла сознание, — поддразнил я.

— Тише... — хихикнула она, а затем добавила: — Так приятно.

Ками тихонько качалась на мне, довольствуясь ощущением нашей связи, не пытаясь достичь какой-либо цели. Насладившись видом, я начал играть с ее сосками и сразу почувствовал, как стенки ее киски сжимают мой стержень. Мы молчали, пока она с глубоким вздохом не упала мне на грудь. Я начал гладить руками ее мягкие волосы, в то время как она пыталась шевелить бедрами, но, наконец, остановилась.

— Ты лучше всех, — прошептал я.

— Ты так думаешь? — спросила она, желая еще больше поглаживаний.

— Да... — ответил я.

Последовало еще молчание, и я уже собирался снять ее с себя, чтобы мы могли заснуть, когда она заговорила:

— На что похожа раздевалка для мальчиков?

— Откуда это? — ответил я, пытаясь заглянуть ей в глаза, но она прислонилась головой к моей груди.

— Ну, то, о чем мы говорили сегодня днем. Я просто думала об этом, — ответила она, защищаясь.

Я немного обдумал сам вопрос и странное время для него, а потом ответил:

— Ну, я не знаю... Я полагаю, в ней есть шкафчики, кабинет для инструкторов, комната для тренеров, место для хранения оборудования и душевые. Или, по крайней мере, это то, что я помню.

— Это так же как и девушек, но у нас еще были стиральные и сушильные машины для униформы, — ответила она.

— О, да. В комнате с оборудованием такое тоже было, но они не пользовались популярностью, поскольку все воняло. Я до сих пор помню этот неприятный запах.

— Фу!... А почему не пользовались?

— Я не знаю. Думаю, нас просто закаляли, — засмеялся я.

— А ты... были ли там отдельные душевые кабинки для всех? — уточнила она.

— Черт, нет. Это была одна большая душевая комната с насадками вдоль стены и стойками по центру, каждая из которых имела где-то по четыре душа, — объяснил я, и когда слова покинули мой рот, почувствовал, как тело моей жены содрогнулось. Прежде чем она успела заговорить, я спросил: — А что?

— Просто любопытно, — ответила она, хотя я мог бы сказать, что она уклончива.

— Ками, в чем дело? — подтолкнул я, и на этот раз наклонил голову достаточно, чтобы мог видеть ее лицо.

— Моя подруга Дана... мы однажды попытались прокрасться на сторону мальчиков, чтобы посмотреть. Мы почти пробрались, прежде чем струсили и убежали, — ответила она.

— Хорошо, но это не ответ на мой вопрос. С чего ты... любопытствуешь? — спросил я.

Она начала хихикать, и это продолжалось в течение нескольких секунд, прежде чем она справилась с собой и ответила:

— Старшая девочка... старшеклассница... сказала нам, что все мальчики раздевались в одном большом душе, и мы хотели посмотреть, так ли это.

Теперь была моя очередь смеяться, и когда я остановился, то сказал:

— Итак, гормоны маленькой девочки взяли верх? Вы хотели увидеть все эти обнаженные тела?

— Не будь ослом! Нам было просто любопытно, и там никого не было!

Прежде чем я успел ответить, Ками толкнулась на моей член, все еще остававшийся твердым. Она молча двигалась с минуту или около того, прежде чем опять остановиться.

— Иди сюда... время спать, — объявил я и потянул ее набок.

Прошло несколько минут, и я уже почти заснул, когда она прошептала:

— Ходили слухи, что старшая девочка, Дебби, туда входила.

— В душ с обнаженными мальчиками? — засмеялся я.

— Я думаю, что, может быть, там был только один, — хихикнула она и спросила: — Ты думаешь, их было больше?

Ее интерес к этой теме заинтриговал меня, и на мгновение я замолчал, обдумывая смысл, прежде чем ответить:

— Вероятно, все это — слухи. Давай спать.

Вскоре тихое посапывание Ками дало понять, что она заснула, но я не спал, продолжая думать о кратком диалоге. Тот факт, что она никогда ничего не говорила об этом, заставил меня решить, что это имеет какое-то значение, но какое, я не смог найти удовлетворительного объяснения и, наконец, уснул.

***

На следующий день мой разум несколько раз возвращался к этой теме, хотя я все еще не продвигался к решению. Наконец, я решил, что если хочу узнать больше, то это требует прямого вопроса, и попытался определить лучший способ задать его, когда Ками сделала кое-что, что еще углубило тайну.

— Давай сделаем это в раздевалке, — сказала она совершенно неожиданно, когда мы проезжали мимо школы по дороге домой.

— Что? Там будут люди... вероятно... — ответил я немного растерянно.

— Утром в воскресенье, там никого не будет, — ответила она, демонстрируя странную решимость.

— Ками, если там никого нет, она будет заперта, — ответил я.

— Мы можем найти способ... мы можем попробовать... — настаивала она.

— Послушай, мы не ученики, если нас поймают, то простого выговора не будет, мы попадем в тюрьму! — объяснил я.

— Понятно... ну... наверное, я подумала, что в тебя есть дух авантюризма, — ответила она тоном, который заставил меня задуматься, была ли она серьезна или просто дразнила.

— Ха-ха... хорошая попытка. Сохрани это на потом, когда мы вернемся домой, — сказал я.

— Хммм... ладно, — ответила она с намеком разочарования.

Удивительно, но неожиданное общение, продолжавшееся не более тридцати секунд, закончилось так же быстро, как и началось. Пока мы ехали в тишине, я прокрутил недавние разговоры и понял, что моя симпатичная жена заглянула в скрытые уголки своего сексуального разума. Сначала это очень взволновало меня, но подумав еще, меня охватило чувство разочарования, когда я удивился, почему она никогда не доверяла мне этого раньше. Это заставляло меня почувствовать себя уязвимым, беспокоясь о том, что она не полностью доверяет мне, и я понял, что нужно действовать осторожно. Затем, откуда ни возьмись, нахлынула волна ревности, когда я задумался, есть ли где-то еще мужчина, который знает все ее сокровенные секреты.

— Когда вернемся надо сходить в магазин, — объявила супруга.

Это было простое утверждение, но я был благодарен за то, что оно вернуло меня к реальности, избавив от собственной тревоги.

— Звучит хорошо. Нам также нужно взять несколько рамок для фото в хозяйственном магазине, — ответил я, и с этим все нормализовалось.

Я подозревал, что в какой-то момент мы, возможно, еще раз вернемся к раздевалке моей жены, вероятно, во время интимного постельного разговора. Конечно, это отпечаталось в моей памяти, но я хотел, чтобы обсуждение начала Ками, а она, казалось, оставила это.

***

Проходили дни, а затем и недели, и постепенно это, в основном, ушло из моих мыслей, когда случилось кое-что, что вернуло все назад.

Чтобы оставаться в форме, я часто играю в пикап-баскетбол, и недалеко от нашего дома как раз есть зал, открытый до девяти вечера несколько дней в неделю. Обычно я бываю там по средам, чуть раньше восьми после окончания молодежной лиги, и остаюсь до закрытия. Так же делали несколько парней примерно моего возраста, а еще обычно присутствовали один-два случайных человека. К счастью, все мы были примерно одного роста и достаточно близки по уровню квалификации, чтобы участвовать в некоторых соревновательных матчах. Здание являлось спортивным залом старшей средней школы, которая была закрыта несколько лет назад, и город превратил его вместе с несколькими открытыми площадками в общественный центр. Кроме того, департамент образования отремонтировал несколько других зданий для использования их в качестве административных, поэтому территория по-прежнему напоминала школу.

Однажды вечером, когда мы закончили игру, я почувствовал, что хочу писать, и решил найти туалет, не дожидаясь возвращения домой. Я знал, где обычно находятся старые раздевалки, хотя за все время, что там играл, никогда в них не бывал, и направился к дальнему концу здания. Там спустился по пандусу на более низкий уровень, и сделав это, ощутил, как ноздри наполнились страшной вонью от пота и немытой одежды. Это пространство каким-то образом смогло сохранить неприятный аромат, хотя в течение многих лет не использовалось в обычном режиме. Единственным освещением был рассеянный свет, проникающий сквозь окрашенные окна, и один дежурный фонарь, отмечавший выход. Я на мгновение остановился, чтобы найти выключатель остальных фонарей, но на виду не было ни одного, и через несколько секунд я решил, что видно достаточно хорошо, чтобы действовать. Я нашел туалеты и, пока стоял перед писсуаром, брызгая на фарфор, снизошло озарение.

Я понял, что это место может удовлетворить желание моей жены стать неприличной в мужской раздевалке. В нем были все необходимые элементы, и, насколько я знал, его мало посещали. Возможно, подумал я, однажды вечером мы могли бы подкрасться и спрятаться, до того как тренажерный зал закроется. Это включало в себя уход от охранника, но я редко видел его, и не думал, что в здании была сигнализация. Механизмы отпирания главных дверей препятствовали входу, но не выходу, поэтому закончив, мы могли бы легко выйти.

Потребовалось некоторое самообладание, чтобы скрыть улыбку, когда я вернулся к Ками. Я знал, что если она почувствует, что что-то не так, ей потребуется лишь немного подтолкнуть меня, чтобы заставить все выложить, а я хотел немного обдумать эту идею и убедиться, что для нас не будет риска. К счастью, мне удалось сохранить нормальное поведение в течение следующих нескольких дней, пока я готовил заговор. В конце концов, я пришел к выводу, что пробираться по зданию слишком рискованно. Несмотря на невинный характер наших действий, я знал, что, если нас поймают, все будет плохо. Это мысль отрезвила меня, но я не был готов отказаться от концепции, которая постепенно привела меня к осознанию того, что мне нужно, чтобы охранник оказался на моей стороне.

Увидев его несколько раз, я знал, как он выглядит, но мы никогда не разговаривали. Это был пожилой темнокожий мужчина лет сорока с худощавым телом и лысой головой. Мне казалось, что ростом он чуть выше метра восьмидесяти, хотя я никогда не видел его достаточно близко, чтобы уточнить.

***

Прошло две недели, и, несмотря на все мои попытки проследить за этим человеком, я видел его лишь только раз, к тому же, всего несколько секунд. Его нечастое присутствие мешало определить наилучший подход, и я почти разочаровался в идее, когда судьба свела нас вместе.

— Привет, — сказал я уборщику, когда мы поравнялись.

Я шел к машине, но двое посторонних парней все еще кидали мячи в корзину в дальнем конце зала. Учитывая время, я подозревал, что он собирается их выгнать.

— Привет, чувак, — ответил он грубым голосом.

Мы оба продолжали идти, и разошлись примерно на девять метров, когда я, наконец, крикнул ему:

— Уххх... у тебя есть секунда? Я бы хотел кое-что спросить.

Он повернулся и подозрительно посмотрел на меня, прежде чем ответить:

— Что?

Теперь, внезапно столкнувшись с реальностью запроса, даже когда я спланировал, что надо сказать, я почувствовал себя косноязычным и, наконец, выдавил:

— Я... я... слушай, это может занять несколько минут. Можно мне остаться поболтать, после того как все уйдут?

— Что тебе нужно? — спросил он, и его глаза сузились.

— Просто просьба... об использовании здания... ничего плохого... — запнулась я.

Он посмотрел на меня еще несколько секунд, пожал плечами, а затем развернулся и направился к задержавшимся. Не зная что делать, я шагнул в тень пандуса, ведущего к женской раздевалке. Вскоре мимо прошли два оставшихся игрока, а позади них я услышал шаги охранника. К счастью, парни вышли перед ним, что дало мне энергию, и когда он приблизился, я снова вышел на свет.

— Что за хрень? Чего ты хочешь? — спросил он, пораженный моим внезапным появлением.

Чувствуя, что настало время проявить смелость, я решил рассказать правду и объяснил:

— Послушай, я хочу попользоваться раздевалкой, после того как зал закроется... когда здесь никого не будет... вместе с моей женой.

— Для чего? — выстрелил он в ответ, хотя я заметил, что выражение его лица смягчилось при упоминании Ками.

— Э-э-э... это вроде... более или менее... фантазия. Исполнение фантазии, — сказал я.

— Ты хочешь трахнуть ее там? — ответил он грубо.

Я подумывал скрыть правду, но учитывая его отношение, решил отказаться от этой идеи и, наконец, вздохнув, ответил:

— Да...

Взгляд, который он бросил на меня, заставил меня приготовиться к худшему, поэтому я удивился, когда он ответил:

— Сто долларов.

— Сто долларов, и мы можем воспользоваться раздевалкой? — уточнил я.

— Пользуйтесь всем, чем хотите, но если что-нибудь сломаете или украдете, я пойду в полицию, — ответил он.

Воодушевленный его сообщением, понимая, что это вроде как как коммерческая сделка, мой страх исчез, и я сказал:

— Хорошо, мы согласны. На следующей неделе, когда я буду здесь, я сообщу в какой вечер.

— Ты уверен, что это твоя жена? Я не хочу, чтобы сумасшедшая девушка плакала, — спросил он.

— Да, определенно моя жена, и она не сумасшедшая, — заверил я его.

После этого мы расстались, и через несколько минут я уже сидел в машине и радовался тому, как все обошлось. Мне казалось, что я все контролирую, а учитывая сложности, смогу действовать по обстоятельствам, и если станет неловко, я просто позволю этому вопросу угаснуть. К сожалению, когда я приехал домой, она, казалось, отвлеклась на некоторые проблемы с работой, поэтому вплоть до следующего дня я не чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы обсуждать эту идею.

***

— Ты знаешь, в том зале, где я играю в баскетбол, есть старая раздевалка с душем, — выпалил я, когда мы взяли по бокалу вина, сидя за телевизором.

Ками удивленно посмотрела на меня, и на ее лице появилась улыбка, прежде чем она ответила:

— Это не моя школа.

Не понимая важности местоположения, я на несколько секунд замолчал, а затем слабо ответил:

— Ухххх... ну и ладно.

Мы смотрели на экран еще несколько минут, а затем, без предупреждения, она спросила:

— Ты думаешь, что она — такая же?

— Это — шаблон, к которому я привык. Она выглядит почти идентично тем, которые у меня были в средней и старшей школе, — подтвердил я.

— Правда? И как нам это сделать? — спросила она, когда ее равнодушие внезапно переросло в рвение.

— Я знаю уборщика... ну, на самом деле он больше, чем просто уборщик, но он сказал, что все в порядке. Мы можем пользоваться ею, после того как все уйдут, — объяснил я, оставив открытым вопрос о деньгах.

— Ты сказал ему? — спросила она, удивленно глядя на меня.

Зная, что это кажется странным, я потратил несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, прежде чем ответить:

— Да, в противном случае это было бы слишком опасно. Он — пожилой парень, и похоже, ему все равно.

— Ух, ты... ты действительно все спланировал, — сказала она с широко раскрытыми глазами.

— Я имею в виду... мы можем пойти... если хочешь, — ответил я, не зная ее мыслей. — Когда? — спросила она, и теперь в ее поведении было явное волнение.

— Это нам решать. Я сказал, что сообщу ему на следующей неделе, — объяснил я.

— Почему не завтра? — спросила она.

— Я не знаю, дорогая. По четвергам у них допоздна игры лиги, поэтому может быть трудно найти парня и договориться, — сказал я, но когда увидел разочарование на ее лице, продолжил: — Слушай, я попробую, но придется действовать по обстоятельствам.

— Так во сколько? Около девяти? — спросила она, игнорируя неуверенность в моих словах.

— Я думаю, чуть позже, — сказал я, когда она подошла ко мне.

Она быстро оседлала мою талию и после короткого поцелуя прошептала:

— Это будет так непристойно.

Реакция Ками показала, что мои действия попали в яблочко. Не желая терять сексуальную энергию, я страстно поцеловал ее, а мои пальцы перешли к пуговицам на ее блузке. Когда та была снята, я стянул бюстгальтер с ее маленьких холмиков и начал медленно ласкать их. Едва я начал, как она внезапно встала, подняла меня на ноги и повела в сторону спальни. Мы разделись в считанные секунды, и без всякой прелюдии я погрузил свой член в ее мокрое отверстие, а она обняла меня за шею.

— Мммм... я думаю, эта идея тебя заводит, — поддразнил я во время наших движений.

— Да... — вздохнула она и через мгновение добавила: — Я удивлена, что ты это сделал.

— Почему? — спросил я.

— Я думала, это как-то тебя напугало, — хихикнула она.

— Понятно... — ответил я и стал толкаться сильнее.

Мои действия вызвали у нее глубокий стон, а ее ноги, прижатые к моим бокам, раздвинулись, давая мне больше свободы. Вскоре она начала издавать тихие вздохи во время моих движений, и мы погрузились в прекрасный ритм любовной игры. Минуты тикали, пока мы оставались соединенными, время от времени делясь страстными поцелуями, но когда ее мяуканье стало требовательным, я понял, что она готова. Я изменил темп и начал двигаться к ней с большей целеустремленностью, следуя хорошо зарекомендовавшему себя алгоритму, и через несколько минут, когда наступил ее оргазм, она обвила ноги вокруг моей талии и вонзила ногти в мои руки, испуская ритмичные вздохи. Я трахал ее все время ее оргазма, и когда она обмякла, ее возбужденные звуки превратились в мягкое хныканье. Затем настал мой черед, и магические ощущения пронеслись по моему телу, когда я изливался в нее, громко хрипя...

***

На следующий вечер я оставил Ками дома и направился в общественный центр. Я планировал найти уборщика, попытаться договориться об использовании раздевалки и позвонить ей, чтобы сообщить детали, когда и куда идти. Когда я приехал, было уже чуть больше восьми, а игра в лиге еще продолжалась. Я осмотрел спортзал, но единственными взрослыми, которых я заметил, были родители игроков, поэтому я пошел в раздевалку, обнаружив, что она пуста. Оставшись без альтернативы, я нашел место у входа и наблюдал за игрой, надеясь, что этот человек вот-вот появится.

Игра закончилась в восемь сорок пять, и через несколько минут все ушли. Теперь я был один, поэтому, вместо того чтобы просто ждать, я взял оставленный мяч и начал бросать в корзину. Я надеялся, что сторож услышит звуки и придет, чтобы попросить меня уйти. Это позволило бы мне поговорить с ним, хотя я ни в коем случае не был уверен, что он согласится на мой план в такой короткий срок.

Двадцать минут спустя лязг двери заставил меня повернуться к входу, и прямо перед ним стоял чернокожий старик с хмурым взглядом. Я перестал кидать и подошел к нему, думая о том, что сказать.

— Время уходить, — сказал он, когда я подошел.

— Мы говорили вчера вечером... — начал я.

— Я знаю, что мы делали... — прервал он, все еще выглядя раздраженным.

— Послушай, мне интересно, могу ли я воспользоваться ей сегодня вечером, — выпалил я, прежде чем потерял самообладание.

— Сегодня вечером? — ответил он, и после паузы спросил: — Где твоя девушка?

— Я позвоню ей, чтобы она подошла, если ты скажешь, что все в порядке, — объяснил я.

Несколько секунд он молчал, уставившись на меня, а затем объявил:

— Если хочешь сегодня вечером, то сто двадцать пять долларов.

— Хорошо, — ответил я, радуясь, что у меня было достаточно денег.

— Поспеши. Приводи ее сюда и сделай это, — потребовал он, когда я передал деньги.

Я кивнул, подтверждая, что понял его, и он без дальнейших обсуждений повернулся, щелкнул несколькими переключателями, выключая все, кроме одного фонаря, и ушел. Я быстро вытащил телефон, позвонил Ками и узнал, что она уже ждет на парковке.

— Это дико, — хихикнула она, когда я впустил ее в дверь, и прежде чем я успел ответить, спросила: — Куда?

— Сюда, — ответил я и направил ее к дальнему концу здания.

Она была одета в свой тренировочный костюм, чтобы соответствовать, и мы быстро пошли к дальнему концу здания. Она начала хихикать, едва мы спустились по пандусу под трибунами и движимые импульсом, практически бежали, пока не достигли дна.

— Ты прав, тут воняет, — сказала она, когда мы вошли.

— Посмотри вокруг, — засмеялся я, когда ее глаза метнулись оо сторонам.

— Темно... идем со мной, — ответила она и схватила меня за руку.

Мы обошли территорию, начиная с раздевалки, в которой было несколько рядов старых металлических шкафов в очень плохой форме. Оттуда мы увидели заброшенные офисы, туалеты, складские помещения и нечто похожее на учебную комнату, на полу которой лежал старый мат, заполнявший пространство. Наконец мы подошли к душевой, и я увидел, как широкая улыбка наползла на ее лицо.

— Что? — спросил я, чувствуя у нее что-то есть на уме.

— Она была права, — ответила Ками.

— Дебби? — спросил я, вспоминая ее историю.

— Да... Дебби... старшая девушка, — хихикнула она.

— Она говорила о душевой? — спросил я, и когда она кивнула, продолжил: — Ты хочешь пойти... войти туда?

— Да... — ответила она хриплым голосом.

Управляемая силой юношеской памяти, Ками начала снимать с себя одежду, и я почти чувствовал тепло, исходящее от ее возбужденного тела.

— Ух, ты... ты готова идти, — я засмеялся.

— Поспеши раздеться, — потребовала она.

— Каков план? — поддразнил я.

— Тссс... иди в душ.

— Позволь мне проверить, есть ли вода, — сказал я ей, поняв, что не додумался подтвердить функционирование душей во время своего предыдущего визита.

— Иди... — сказала она, подталкивая меня в плечо.

Босиком, в штанах и расстегнутой рубашке, я ступил на холодную плитку и повернул обе ручки под одной из насадок для душа. Мгновенно полилась вода, отвечая на один вопрос, и вскоре я почувствовал, как она нагревается.

— У нас есть вода... в том числе горячая, — передал я своей жене.

Когда обернулся, Ками стояла у входа совершенно голая, скромно держа руки перед собой. Я со смехом подошел к ней, и когда приблизился, она начала стягивать с меня одежду. Вскоре я тоже был наг.

— Да ладно, — хихикнула она и вошла в душевую комнату.

— Дерьмо! Горячо, — заявил я, снова попробовав воду.

Я начал крутить ручки, но вспомнив наш постельный разговор, оставил их, перешел к другим насадкам и включил душ в них. Затем я направил Ками к центральной стойке, убедился, что температура воды нормальная, и мы вместе двинулись под струи. Как только она намочилась, так сразу повернулась ко мне и поднесла свои губы к моим, заставляя мой прямой член упереться в ее животик. Мы все еще были в объятиях, когда я заметил, что пар из полудюжины распылительных форсунок заполнил пространство, создавая эффект тумана из капель.

Мои руки блуждали по ее сочному телу, начиная с груди, где ее маленькие соски были теперь полностью твердыми. Она захныкала у меня во рту, когда я осторожно покатал их между пальцами и соблазнительно потер ее тело о мое. Я знал, что когда моя рука опустится,я обнаружу, что ее киска влажная, и когда мои пальцы раскрыли ее складки, то я возбудился, обнаружив, что она полностью промокла. Даже под водопадом смазка сохранялась, и когда я нащупал ее маленький клитор, он был крепкий как алмаз. — Боже, ты вся горишь, — заявил я.

— Да... эээ... помоги мне... — простонала она, пытаясь взобраться на меня, чтобы получить мой член внутрь себя.

— Э-э... пока нет. Сначала я хочу тебя помыть, — ответил я, надеясь растянуть удовольствие.

— Хорошо... хорошо... — ахнула она.

В мыльнице оставался маленький обмылок, неизвестно сколько пролежавший здесь, я взял его и начал натирать им ее тело, пока не появилась пена. Вытащив ее из-под душа, я обработал все тело, уделяя особое внимание попе и груди, и почти сразу сладкое мурлыканье удовольствия вырвалось из ее рта. Кроме того, я дразнил ее своим членом, следя за тем, чтобы она чувствовала, как он скользит взад и вперед по ее попе, что, в конечном итоге, наводило на мысль.

— Мне... мне он нужен... немедленно... — скулила она и наклонилась вперед, подставляя мне свою прекрасную попу.

Она держалась обеими руками за стойку душа, и вода текла по ее гладкой спине — это было приглашение, от которого я не смог отказаться. Я занял позицию позади нее, наклонился вперед, чтобы найти правильный угол, а затем толкнулся внутрь. Потребовалось несколько попыток, но, наконец, с ее помощью я оказался у ее входа и, сделав последний толчок, вошел наполовину.

— Ухххх... о да... — застонала громко она.

Я все еще хотел дать ей время насладиться этим чувством, но через несколько секунд медленно отодвинулся, пока не оказался вновь у ее входа, а затем бросился вперед, полностью пронзив ее своим колом. Это вызвало у нее громкий вздох, который постепенно превратился в продолжительный хриплый стон. С этими звуками мои руки обхватили ее бедра, и я начал глубоко брать ее, и вскоре наши тела бились друг о друга.

— Это то, что ты хотела? — спросил я между ворчаниями.

— Да... о да... да... — она часто стонала во время наших движений, а затем добавила: — Я уже близко... близко...

Ками не делала усилий, чтобы испытать оргазм, к тому же, мы только начали, так что это было четким сообщением о силе ее фантазии. Всего несколько секунд спустя ее дыхание стало прерывистым, что означало, что она достигнет кульминации даже быстрее, чем я ожидал.

— Кончай, детка, — поддержал я.

— Эээ... я... оооо... — простонала она, когда ее ударило, и через несколько секунд, когда ее тело начало дрожать, продолжила: — Ооооо... да... да... мммм... сейчас... там... я там...

Несколько раз в нашей сексуальной истории Ками испытывала такой сильный оргазм, что я чувствовал спазм в ее киске вокруг моего члена. На этот раз ее кульминация, казалось, угасала, когда я внезапно почувствовал, как стенки ее влагалища начинают сжиматься и разжиматься.

— Ты сильно кончаешь... я чувствую... — крикнул я.

— Да... так приятно... мммм... — простонала она, в то время как ее ноги начали подгибаться.

Я последовал за ней на мокрый пол, убедившись, что она не упала, и перевернул ее на спину. С едва открытыми глазами и слегка приоткрытым ртом она выглядела как чисто сексуальное существо. Я занял позицию над ней и легко толкнулся обратно внутрь. Твердая поверхность была адом для моих коленей, но я отчаянно нуждался в кульминации, поэтому проигнорировал боль.

К счастью, это не заняло много времени, и теперь пришла моя очередь хрюкать и задыхаться, когда я опустошал свои яйца.

— Дерьмо, Ками... — заявил я, упав на нее, полностью истощенный.

— Мммм... я не могу двигаться... — прошептала она, легко поглаживая мои волосы.

Некоторое время мы оставались распластанными на твердом полу, позволяя воде падать на нас, греясь в тепле от пара. Несколько раз я думал о том, чтобы начать снова, но мы оба достигли такой чудовищной кульминации, что я понял, в этом нет необходимости.

— Думаю, нам пора, — наконец прошептал я.

— Мммм... — застонала она и крепче сжала мое тело.

Десять минут спустя мы начали шевелиться и на дрожащих ногах подошли к нашей одежде, и только тут осознали, что у нас нет полотенец. Мы долго обсыхали, а затем, обнявшись, с широкими улыбками, ушли. Однако, когда открыли дверь в спортзал, то были удивлены уборщиком, который стоял рядом и курил сигарету.

— Закончили? — спросил он, в то время как его глаза блуждали по моей жене.

— Да... да, спасибо... — ответил я.

Ками повернулась, чтобы избежать зрительного контакта, и быстро двинулась к парковке, заставляя меня спешить, чтобы догнать ее. Сначала я подумал, что она расстроена, но когда она подошла к своей машине и повернулась, я увидел ее улыбку.

— Это было непривычно, — хихикнула она.

— Да, давай просто вернемся домой, — ответил я.

Как только приехали, мы прыгнули в постель и снова занялись любовью.

Уик-энд был обычным, кроме воспоминаний о том, к